3cf77a74

Грешнов Михаил - Экзамен По Космографии



Михаил Грешнов
ЭКЗАМЕН ПО КОСМОГРАФИИ
Электронный педагог был корректен с ребятами и мягок, как родной дядюшка.
Восьмилетним малышам он говорил "вы" и смотрел сквозь пальцы на шумок в
экзаменационной комнате. Его интересовал только экзаменующийся, и из всех
голосов он узнавал лишь его голос и оценивал полноту ответа, сверяя знания
ученика со сведениями, заложенными в блоках памяти. Не то, чтобы он любил
детей, и не то, чтобы дети его любили, но он был объективен и вежлив. Этого
было достаточно: устанавливался контакт, и электронный педагог внимательно
выслушивал учеников:
Шел экзамен по космографии.
- Шахруддинов Элам! - вызвал экзаменатор.
- Я! - отозвался черноглазый мальчик.
- У вас четвертый билет:
- Открытие Милены и первый контакт с инопланетной цивилизацией, -
прочитал экзаменующийся.
- Вы готовы к ответу?
- Готов.
- Будьте добры: - блестящий никелем и пластиком ящик был воплощением
вежливости.
Элам садится в кресло, на секунду закрывает глаза, припоминая, я чего
начать, и говорит, обращаясь к подмигивающим индикаторам:
- Открытие Милены. Рассказ очевидца.
- Не так громко, Элам, я вас прекрасно слышу, - предупреждает электронный
экзаменатор.
- Хорошо, - соглашается черноглазый мальчик:
В атмосфере планеты кислорода было двадцать четыре процента, но капитан
"Радуги" Сергей Петрович Попов не разрешал выходить без скафандров. Капитану
подчинялись безропотно, - на то он и капитан экспедиции. Ругали Женьку
Бурмистрова, микробиолога. По общему мнению, виновником нелепости был
Женька: солнце, воздух, вода, а мы ходим в скафандрах, как на Луне.
- Ну, друг!.. - выговаривали ему.
Но друг был невозмутим и если отвечал, то одним словом:
- Вирус:
Планета состояла из суши, океана и атмосферы. Суша была абсолютно голой -
ни кустика, ни травинки. Океан, наоборот, был набит водорослями, как
Саргассово море. Водоросли поставляли кислород в атмосферу. В вышине плыли
такие же, как на Земле, облака, и грозы были такими же, как на Земле. А реки
и озера - другими: совершенно безжизненными. Водоросли в озерах и реках не
приживались - вода для них была слишком пресной. Зато океан по засоленности
превышал все, что людям было известно. Если в Мертвом море, расположенном в
бывшей Сирийской пустыне, нельзя утонуть, то местный океан даже пластиковые
детали выталкивал, точно пробку. Это был сироп, почти патока, но водоросли к
нему приспособились. В океане не было ни рыб, ни моллюсков - царство
растительности: В целом, планета была красивой: сине-зеленый океан, желтая
суша, бирюзовые реки. По предложению Хосты Тройчева планету назвали Миленой.
Название всем понравилось.
А в воздухе Женька Бурмистров обнаружил вирус. Вторую неделю исследует
его, и вторую неделю мы не выходим из "Радуги" без скафандров. После четырех
лет полета добраться до земли с ветром, с грозами, реками и не сунуть голой
руки в воду, - с ума сойти можно!..
- Вирус: - предупреждает Женька.
- Чего же ты с ним возишься? - тормошили его.
Женька возился не зря. Чем больше возился, тем больше росло его
недоумение.
Наконец, выложил нам все начистоту.
Каждую техдневку у нас проводились совещания - что-то вроде планерок. На
первых из них по прибытии на планету было много восторгов и восклицаний.
Биологи докладывали о водорослях, геологи - о минеральных богатствах,
синоптики - о грозах и воздушных течениях. Все укладывалось в обычные нормы:
жизнь на планете существовала на основе углеродного цикла; таблица
Менделеева была заполнена геологами



Назад