3cf77a74

Грешнов Михаил - Шутка Робота Стенка



Михаил Грешнов
Шутка робота Стенка
Происходило вообще что-то странное. Три с половиной века спустя после
Галилея, открывшего на Луне горы, люди гадали: выдержит или не выдержит
лунный грунт посадку двухтонной ракеты? Когда же на Марсе были
сфотографированы кратеры, ученые вовсе махнули рукой: ни каналов, ни
городов.
Поныне не прекращается спор: когда можно было послать корабль на Марс -
во втором космическом десятилетии, в третьем? С посылкой корабля медлили.
Шаг за шагом можно проследить эволюцию космических достижений прошлого.
Было сделано многое. И в то же время открывается парадокс: во всеоружии
техники люди стали более осторожными, чем тогда, когда ходили в океаны на
каравеллах, зависевших от ветра и волн. Боялись потерять жизнь? Но и во
времена Магеллана жизнь давалась человеку одна! Дело - в намеренной
осторожности. И в том, что человек хотел переложить свои обязанности на
технику.
Техника и подвела его.
Ход рассуждении был таков: к Марсу лететь далеко и опасно. И дорого.
Пошлем робота.
Вышла история. Печальная и смешная. И, с какой стороны ни глянь,
поучительная.
Это был неплохой робот. Умел управлять кораблем, мыслить и
разговаривать. Сконструировали его инженеры Степанов, Енакиев и Крылов,
они же придумали ему имя - Стенк, сложив начальные слоги своих фамилий.
Задали ему программы: исследование грунта Марса, атмосферы и космической
радиации.
Все было бы хорошо, не вмешайся в воспитание Стенка Марина, дочь
Крылова, аспирантка кибернетического института. Втайне от отца она внушала
роботу мысль о существовании марсиан:
- Ты непременно встретишься с ними, - говорила она. - Будь умницей,
Стенушка, не урони земного достоинства. Главное - больше смотри и слушай.
Электронная память робота запомнила слова Марины. Индикаторы в глазах
подмигивали, сужая и расширяя желтые полосы, - казалось, робот и вправду
заинтересован в предстоящих встречах.
- Вот карта, - показывала Марина Большой марсианский Сырт. - В середине
века здесь, на месте едва различимых каналов Тот и Непентес, появилось
вдруг море - Лаокоонов узел. Сейчас он еще темнее и шире. Разве это не
рождение нового оазиса, Стенк? - Робот кивал головой, глаза его
разгорались. - Теперь здесь, - продолжала Марина, - черный овал с белыми
точками. Это город! Назовем его... Наорис. Красивое имя?.. Конечно, это мы
назвали город Наорисом. Марсиане дали ему свое название. Вот и узнай
какое.
Когда комиссия провожала Стенка к ракете и давала ему последние
напутствия перед полетом, робот спросил:
- А если я встречу их?
- Кого? - не понял председатель комиссии.
- Марсиан.
- Марсиан?!
- Что им сказать? - настаивал Стенк.
- Да здравствует мыло душистое и полотенце пушистое... - нашелся остряк
из членов комиссии. - Не забивай мозги чепухой. Нам нужны факты, Стенк,
научная достоверность.
О каналах Стенк заговорил с половины пути:
- Двойные каналы, тройные...
- Вы пересекли метеоритный поток, - возражали ему по радио. - Что вы
заметили вблизи корабля?
- Я говорю о том, что вижу сейчас, - отвечал робот.
- Фиксируйте внимание на вопросах, поставленных прямо!
Стенк отвечал:
- Вы не верите в существование марсиан?..
Инженеры, сконструировавшие робота, получили выговор за одностороннее
его обучение. Крылов отругал Марину. Девушка вопреки вспыльчивому
характеру выслушала отца спокойно: она восхищалась своим воспитанником.
- Вдруг это правда, папа, - говорила она, - каналы и марсиане? Зачем
было посылать робота, если ему не верите?
- Робот ест



Назад