3cf77a74

Григорьев Сергей Тимофеевич - Иегудиил Хламида



Сергей Тимофеевич ГРИГОРЬЕВ
ИЕГУДИИЛ ХЛАМИДА*
Рассказ
________________________________________________________________
ОГЛАВЛЕНИЕ:
Странная птица
Копейка
Ворона
Серая утица
Прекрасное стихотворение
Общипанный сокол
Корректура
Санька
Бубновый туз
________________________________________________________________
Странная птица
Самарский вице-губернатор Владимир Григорьевич Кондоиди стоял у
распахнутого на улицу окна своего кабинета в третьем этаже губернского
правления.
_______________
* Рассказ "Иегудиил Хламида" был напечатан впервые в 1937 году в
журнале "Дружные ребята". Автор рассказывает о том времени, когда
Максим Горький работал в "Самарской газете", писал статьи, фельетоны,
заметки и подписывал их "Иегудиил Хламида". 5 марта 1895 года в
"Самарской газете" было напечатано произведение Максима Горького "В
Черноморье", в котором рассказ старого Рагима имел подзаголовок "О
соколе и уже". Это была первая редакция знаменитой "Песни о Соколе",
которая появилась в том виде, как мы ее сейчас знаем, только через
четыре года, в 1899 году. Рассказ Григорьева нельзя считать
документальным; это не воспоминания, а попытка запечатлеть в
литературе образ молодого Горького.
Наступила степная, скоротечная весна. По тротуару солнечной стороны
плыли, скрывая головы и плечи дам, яркие летние зонтики - розовые, белые,
красные, голубые. Припекало. От асфальтовых тротуаров пахло по-летнему, и
уже вилась, играя с уличным вихрем, пыль.
В белесом безоблачном небе кружил коршун, медленно ввинчиваясь в
небо. Где-то неподалеку кричали грачи, еще не поделившие летошних гнезд.
- Гранки* из редакции на цензуру, - возвестил, войдя, курьер.
_______________
* Г р а н к и - печатные оттиски на полосках бумаги.
- Ступай! - не оборачиваясь, резко павлиньим голосом выкрикнул
Кондоиди.
Внизу по булыжной мостовой протарахтела и промчалась извозчичья
пролетка. В ней прямо и строго сидел кто-то в широком черном плаще - нет,
даже не в плаще, а в какой-то широчайшей черной мантии. Голову и лицо
седока скрывала черная же шляпа с широкими полями.
- Это еще что за птица? - проворчал начальник, глядя на улицу.
Кондоиди успел заметить только руки, важно скрещенные на палке с
загогулиной, твердо поставленной перед седоком. Загибом своим палка
напоминала ерлыгу степных чабанов; должно быть, ширококрылая черная
"птица" прилетела от южных приморских степей.
Курьер еще стоял в дверях с пухлой пачкой листков в руке. Он
повторил:
- Они просили...
- Ступай! Стой! Закрыть окно!
Курьер положил на стол пухлую стопку серых и сырых листков, тиснутых
на корректурном станке.
Закрыв окно, курьер на цыпочках вышел. Кондоиди сел за стол и
брезгливо отодвинул в сторону обшлагом сюртука стопку гранок.
От гранок нестерпимо пахло скипидаром и прокисшей тряпкой. Грустно
вздохнув, Кондоиди достал из ящика белые перчатки, которые сам называл
шутя "рабочими рукавицами". Пальцы перчаток были запятнаны отпечатками
черной краски. Кондоиди, натянув перчатки на руки, снял колпачок с правой
красной чернильницы и накрыл колпачком левую черную чернильницу.
Перебирая листки, вице-губернатор читал их быстро, почти одним
взглядом. Все примелькалось: еще убийство в драке, кража, кража, кража,
прибыль воды. И опять о том, что на городских окраинах мало фонарей и там
"под покровом ночной темноты" нет прохода порядочным людям от
"горчишников" - так в Самаре в ту пору называли уличных хулиганов.
- А это что такое? "Черноморье..." "Песнь о Соколе". "Высоко



Назад