3cf77a74

Григорьев Владимир - Реконструкция



Владимир Григорьев
Реконструкция
Магистраль проспекта была слишком длинной. Слишком. В этом вся
загвоздка. Реконструкция однажды охватила ее исток и лет эдак через
пятнадцать с бульдозерами, экскаваторами, бетономешалками, тракторами, со
всей рабочей силой доплывала до окончания магистрали. Но технический
прогресс, который все годы, естественно, отнюдь не топтался на месте,
решительно требовал новой реконструкции, а консерваторов нет, и - ах! -
все начиналось сызнова.
Потому все транспортные средства, для сквозного полета коих,
собственно, и назначался проспект, годами чадили тут на аварийном ходу,
смоговали, а шоферня, простая и таксомоторная, грозилась кулаком
электронные бетономешалкам, шептала таинственные газетные слова: "Лучшее
враг хорошего!"
Прораб Васькин, пришедший трудиться на магистраль трудным подростком,
завершал третий период начальником участка, обладал подшивкой
благодарностей и вел за собой третье поколение строителей аллеи, молодых
вихрастых Васькиных. Был и он лихим-молодым, строил, пел-говорил:
- Эх, отгрохаем реконструкцию, ну заживем!
Теперь, на седьмом десятке, только покряхтывал, озираясь на редкостные
красоты проезжей части. Знал сердцем, спиной, суставами чуял - сзади новая
реконструкция знак дает, зреет в чертежах, чтоб зачеркнуть содеянное им,
Васькиным, и его потомственным пополнением.
Значит, снова бетон взрывчаткой глушить, плазмой канализацию сечь.
Знал, но обиды не чувствовал, потому как знал и другое - незаменим!
Не родился на свете тот, кто лучше старого Васькина трижды штурмовщиной
взятую магистраль наизусть понимал: где что в точности крушить, чтоб не
вышло рокового срама в новой реконструкции. Всю путаницу подземной
коммуникации настырный старик в голове держал. Оттого голову высоко и нес,
пенсии не боялся, над начальством чуть что, шутки позволял шутить, о чем,
захмелев на фамильных торжествах, хвастал перед династией.
- Приходит, - говорю, - Гришка Романтиков, главный спец по канализации,
плохого не скажу, в канализации академик, правду этого дела круто
закрутил. "Здесь, - говорит, - подрывать, патронов не жалеть!" - с
электронным мозгом совет держал и пальцы в план тычет.
Ну, думаю, гусь со станком мозговал, а живым стариком побрезговал. Ну,
ну! "Рвану, - говорю, - аж в ухе лопнет, только не надо бы..."
- Что такое? - гусь удивляется. - Канализации тут никакой.
- Эх, - отвечаю, - не вся в канализации еще жизнь, другие отрасли тоже
план перевыполняют. - Загадками, значит, говорю.
А инженер умней всех, ухом не ведет. Только бьем шурф бригадой, глядь,
кабелюка высоковольтная, живая гудит, тронешь - всем напряжением бьет.
Романтиков, понятно, хулиганит, на меня валит. Крою:
- Упреждал?! Упреждал! У тебя свой план, электронный, шелковый, у меня
свой, тут весь! - и в лоб себе стучу, в грудь, где душа.
Радий Васькин, средний внук с атомным имечком, внимал деду почтительно,
однако без того восхищения в складках лица, на которое претендовал дед,
выкладывая свои шальные истории. Абсолютное же большинство родичей
выказывало прямой восторг перед хваткой стального, цельнотянутого папаши.
- Золотые руки и голова золотая!
- Пожелает, на нет проспект сведет!
- Куда лахудре Романтикову до бати. Художник!
Радий, спортивный малый, весь как из гантелей скрученный, лукаво
помалкивал, мял ладонью молодую бычью шею и усмехался в адрес сокровенных
и, видимо, не лишенных спортивного сарказма мыслей.
- Чего зенки маскируешь? Аль доверия старой гвардии нет? - пытал
х



Назад